Понятие психотерапии, психологической коррекции и психологического консультирования

Исторически первой формой психологической помощи страдающим людям стала психотерапия, послужившая основой и отправной точкой для и психологической коррекции, и психологического консультирования. Тесная взаимосвязь психотерапии, психологической коррекции и консультирования дала повод ряду авторов отождествлять эти понятия. Однако все же в настоящее время доминирует представление о том, что эти три вида психологической помощи различаются между собой как по содержанию, так и по формальной, процедурной стороне психологического воздействия.

1. Психотерапия
Как определение, так и содержание понятия «психотерапия» до сих пор является предметом многочисленных дискуссий. Психотерапия как современная научная дисциплина, отмечает, в частности, Б. Д. Карвасарский, должна иметь свою теорию и методологию, собственный категориальный аппарат и терминологию, одним словом, все то, что характеризует самостоятельную научную дисциплину. Однако разнообразие направлений и течений, школ и конкретных методов психотерапии, основанных на различных теоретических подходах, приводит к тому, что в настоящее время не существует даже единого определения психотерапии. В литературе их насчитывается около четырехсот. Одни из них четко относят психотерапию к медицине, другие акцентируют внимание на психологических аспектах. Отечественная традиция состоит в том, что психотерапия определяется, прежде всего, как метод лечения, то есть входит в компетенцию медицины. Зарубежные определения психотерапии в большей степени подчеркивают ее психологические аспекты.
В качестве примера медицинского подхода к пониманию психотерапии Карвасарский приводит следующее ее определение, которое, по мнению автора, обязательно включает такие понятия, как лечебное воздействие, больной, здоровье или болезнь. Психотерапия – это:
• система лечебных воздействий на психику и через психику – на организм человека;
• специфическая эффективная форма воздействия на психику человека в целях обеспечения и сохранения его здоровья;
• процесс лечебного воздействия на психику больного или группы больных, объединяющий лечение и воспитание.
В качестве определений, в большей степени фиксирующих психологические подходы и включающих такие понятия, как межличностное взаимодействие, психологические средства, психологические проблемы и конфликты, отношения, установки, эмоции, поведение, Карвасарский приводит следующие определения:
• особый вид межличностного взаимодействия, при котором пациентам оказывается профессиональная помощь психологическими средствами при решении возникающих у них проблем и затруднений психологического характера;
• средство, использующее вербальные методики и межличностные взаимоотношения с целью помочь человеку в модификации отношений и поведения, которые интеллектуально, социально или эмоционально являются негативными;
• длительное межличностное взаимодействие между двумя или более людьми, один из которых специализировался по коррекции человеческих взаимоотношений;
• персонализованная техника, которая представляет собой нечто среднее между техникой планируемых изменений отношений, чувств и поведения человека, и познавательным процессом, который, в отличие от любого другого, ставит человека лицом к лицу с его внутренними конфликтами и противоречиями.
По мнению Карвасарского, в какой-то мере объединяет эти два подхода, хотя и является довольно общим, определение С. Кратохвила: «Психотерапия представляет собой целенаправленное упорядочение нарушенной деятельности организма психологическими средствами».
А. В. Петровский и М. Г. Ярошевский дают такое определение психотерапии: «Психотерапия – комплексное лечебное вербальное и невербальное воздействие на эмоции, суждения, самосознание человека при многих психических, нервных и психосоматических расстройствах». Авторы условно различают клинически ориентированную психотерапию, направленную преимущественно на смягчение или ликвидацию имеющейся симптоматики, и личностно ориентированную психотерапию, ставящую задачей содействие пациенту в изменении его отношений к социальному окружению и собственной личности.
В определениях, которые условно можно назвать медицинскими, психотерапия рассматривается как форма воздействия на психику (и через психику на организм), то есть подчеркивается объект воздействия. Психологический же подход акцентирует внимание не столько на объекте или предмете, сколько на средствах воздействия.
В отличие от психологической коррекции, направленной на гармонизацию личности и повышение эффективности ее функционирования, в отличие от психологического консультирования, ориентированного на решение актуальных психологических проблем клиента, психотерапия в узком понимании этого термина основной своей задачей ставит купирование психопатологических и патопсихологических симптомов. Купирование болезненной симптоматики влечет за собой и повышение возможностей личности в решении ее психологических проблем, и создает условия личностного развития и роста, обуславливающего, в свою очередь, повышение эффективности функционирования личности как в интрапсихологическом плане, так и в межличностном отношении.

2. Психотерапевтическое вмешательство
Психотерапевтическое вмешательство, или психотерапевтическая интервенция – вид психотерапевтического воздействия, который характеризуется определенными целями и соответствующим этим целям выбором средств воздействия, т. е. методов (Карвасарский Б. Д., 2000). Термин «психотерапевтическое вмешательство» может обозначать конкретный психотерапевтический прием, например, разъяснение, уточнение, стимуляция, вербализация, интерпретация, конфронтация, научение, тренинг, советы и пр., а также более общую стратегию поведения психотерапевта, которая тесным образом связана с теоретической ориентацией (прежде всего, с пониманием природы того или иного расстройства и целями и задачами психотерапии).
Психология и медицина применяют различные виды вмешательств (интервенций). Перре и Бауманн подразделяют все виды интервенций, используемых в медицине, на четыре группы: медикаментозные (фармакотерапия), хирургические, физикальные (физиотерапия) и психологические (психотерапия). Психологические интервенции, или клинико-психологические интервенции и составляют сущность психотерапевтического вмешательства. С точки зрения указанных авторов, клинико-психологические интервенции характеризуются:
• выбором средств (методов);
• функциями (развитие, профилактика, лечение, реабилитация);
• целевой ориентацией процесса на достижение изменений;
• теоретической базой (теоретическая психология):
• эмпирической проверкой;
• профессиональными действиями.
Рассмотрим основные характеристики клинико-психологических интервенций.
Методы клинико-психологических интервенций – это психологические средства, которые выбирает психотерапевт. Они могут быть вербальными или невербальными, ориентированными в большей степени либо на когнитивные, либо на эмоциональные, либо на поведенческие аспекты, и реализуются в контексте взаимоотношений и взаимодействий между пациентом или пациентами (теми, кто нуждается в помощи) и психотерапевтом (тем, кто эту помощь оказывает). Типичными психологическими средствами являются беседа, тренировка (упражнения) или межличностные взаимоотношения как фактор влияния и воздействия.
Функции клинико-психологических интервенций состоят в профилактике, лечении, реабилитации и развитии. Клинико-психологические интервенции, выполняющие функцию лечения (терапии) и частично реабилитации, являются по своей сути психотерапевтическими интервенциями.
Психологические вмешательства, не являющиеся собственно психотерапевтическими, играют важную роль также в профилактике и реабилитации. Ведущая роль клинико-психологических вмешательств в психопрофилактике, профилактике нервно-психических и психосоматических заболеваний очевидна. Она состоит в выявлении контингентов риска и в разработке соответствующих профилактических мероприятий, работе с лицами, имеющими разнообразные трудности и проблемы психологического характера, кризисными личностными и травматическими стрессовыми ситуациями, с лицами, характеризующимися прогностически неблагоприятными личностными особенностями (низкой самооценкой, высоким уровнем тревоги, ригидностью, повышенной чувствительностью к стрессу, низкой фрустрационной толерантностью), повышающими риск возникновения нервно-психических и психосоматических расстройств.
Наряду с собственно психопрофилактикой, клинико-психологические вмешательства играют важную роль и в профилактике других соматических заболеваний. Профилактические мероприятия, как правило, требуют от человека более четкого, чем обычно, контроля за своим физическим и психическим состоянием, соблюдения определенного режима труда и отдыха, отказа от вредных привычек, частичного изменения привычных стереотипов поведения, поддержания того, что называется здоровым образом жизни. Часто требуется регулярное применение фармакологических средств, проведение определенных лечебно-профилактических процедур. Все это может быть реализовано человеком при определенной организованности, понимании необходимости выполнения всего комплекса профилактических мероприятий, а, главное, активной вовлеченности в этот процесс и наличии высокой и адекватной мотивации к такого рода поведению.
Формирование мотивации и активной вовлеченности человека в профилактику с учетом его личностных особенностей и предрасположенности к тому или иному заболеванию также предполагает клинико-психологические вмешательства.
В современном понимании реабилитация как система государственных, социально-экономических, медицинских, психологических, профессиональных, педагогических и других мероприятий направлена на предупреждение развития патологических процессов, приводящих к временной или стойкой утрате трудоспособности. Кроме того, реабилитация способствует эффективному и раннему возвращение больных и инвалидов в общество, к трудовой деятельности. Все это диктует необходимость широкого использования клинико-психологических воздействий в реабилитационной практике. Клинико-психологические вмешательства в целях реабилитации, прежде всего, направлены на восстановление личностного и социального статуса больного.
При нервно-психических заболеваниях, характеризующихся достаточно выраженными личностными нарушениями в системе отношений пациента, в сфере межличностного функционирования, клинико-психологические вмешательства играют чрезвычайно важную роль, выполняя, по сути дела, функцию психотерапии (лечения). При тяжелых хронических болезнях возникает множество проблем психологического и социально-психологического характера, требующих использования клинико-психологического вмешательства: реакция личности на болезнь, неадекватное отношение к болезни (недооценка или переоценка своего заболевания, чрезмерная эмоциональная реакция, пассивность, формирование необоснованно широкого ограничительного поведения), которое может оказывать существенное влияние на процесс лечения и реабилитации в целом.
Психологические и социально-психологические последствия хронического заболевания меняют привычный образ жизни человека. Это может приводить к изменению его социального статуса, снижению работоспособности, проблемам в семейной и профессиональной сферах, частичной невозможности удовлетворения значимых потребностей, неверию в собственные силы, неуверенности в себе, отрицанию существующих возможностей и собственных ресурсов, сужению интересов и круга общения, дефициту жизненных перспектив. Так же, как и в профилактике и лечении, успешность реабилитационных мероприятий во многом зависит от активности самого пациента и наличия адекватной мотивации. Кроме «личностного» блока клинико-психологические вмешательства играют важную роль в реабилитации пациентов с нарушениями психических функций (памяти, внимания, моторики, речи).
Развитие рассматривается как одна из самостоятельных функций клинико-психологических вмешательств далеко не всеми авторами и понимается ими по-разному. Это связано с тем, что психотерапия, психопрофилактика, реабилитация, наряду с собственными прямыми функциями (лечебной, профилактической, реабилитационной), способствуют также личностному развитию и гармонизации за счет совершенствования самопонимания и самосознания, переработки и преодоления внутриличностных и межличностных конфликтов, развития новых, более адекватных способов эмоционального и поведенческого реагирования, более точного понимания других людей и межличностного взаимодействия в целом. В ряде психотерапевтических систем (например, в клиент-центрированной психотерапии Роджерса) личностный рост, развитие личности выступают как одна из важнейших задач психотерапии.
Таким образом, с одной стороны, функция развития для клинико-психологических интервенций (психологических интервенций в клинике) является вторичной, дополнительной. С другой стороны, психологическое консультирование в клинике (например, консультирование пациентов с соматическими и нервно-органическими заболеваниями, не проходящими собственно психотерапевтического лечения, а обратившимися за помощью в связи с личными проблемами, прямо не связанными с их заболеванием) способствует новому видению человеком самого себя и своих проблем и конфликтов, эмоциональных проблем и особенностей поведения. В дальнейшем это может привести к определенным изменениям в когнитивной, эмоциональной и поведенческой сферах и способствовать развитию личности.
Цели клинико-психологических интервенций ориентированы на достижение определенных изменений. Клинико-психологические интервенции могут быть направлены как на более общие, отдаленные цели, так и на конкретные, более близкие цели. Однако всегда психологические средства воздействия должны четко соответствовать целям воздействия.
Теоретическая обоснованность клинико-психоло-гических интервенций состоит в ее взаимосвязи с определенными теориями научной психологии. Большое значение имеет формирование адекватных представлений о психологических основах психотерапии. Любое психологическое вмешательство основывается на знаниях о норме и патологии . Научно обоснованная психотерапевтическая система также имеет в своей основе два предшествующих звена, раскрывающих содержание понятий «норма» и «патология». Концепция нормы – это представления о здоровой личности, то есть психологическая концепция, которая определяет основные детерминанты развития и функционирования личности человека. Концепция патологии – это понимание возникновения личностных нарушений (в частности, происхождения невротических расстройств), рассматриваемое в рамках соответствующих представлений о норме.
Цели и задачи психотерапии, механизмы ее лечебного действия, стадии, тактики и стратегии психотерапевта, конкретные техники и т. д. обычно рассматриваются на модели невротических расстройств, поскольку психогенный характер этих нарушений обусловливает необходимость использования психотерапии в качестве основного метода лечения, что предполагает ее реализацию в виде наиболее полной, глубокой и целостной модели.
Эмпирическая проверка клинико-психологических интервенций связана с изучением их эффективности, они должны всегда осуществляться профессионалами. Ответ на вопрос об эффективности того или иного метода психотерапии или психотерапевтического подхода дают не самоотчеты отдельных пациентов, а научные исследования, проведенные на репрезентативной выборке и соответствующие определенным требованиям (четкое определение метода психотерапии, гомогенность материала, случайная выборка, наличие независимых экспертов, разделение функций психотерапевта и исследователя, сопоставление непосредственных и отдаленных результатов лечения, репрезентативная выборка в катамнезе, наличие контрольных групп и пр.).
Профессиональные действия – еще одна характеристика клинико-психологических интервенций. Они должны обязательно осуществляться в профессиональных рамках подготовленными в области клинической психологии и психотерапии врачами, психологами и социальными работниками.
Перре и Бауманн подчеркивают, что три последние характеристики (теоретическая обоснованность, эмпирическая проверка и профессиональные действия) являются существенными для разграничения клинико-психологических интервенций и иных существующих в настоящее время воздействий, которые базируются либо на обыденной психологии, либо не имеют в своей основе никаких теорий, а также не подвергаются эмпирической проверке.
Сходных взглядов придерживаются С. Шмидхен и Р. Бастин. Они выделяют три цели клинико-психологической интервенции в соответствии с различными фазами развития психических расстройств: профилактика, терапия и реабилитация. Клинико-психологическая интервенция, осуществляемая в целях терапии и реабилитации, является психотерапевтической интервенцией и соответствует термину психотерапия. Исходя из понимания психотерапевтического вмешательства как общей стратегии поведения психотерапевта, непосредственно связанной с теоретической ориентацией, можно выделить три основных типа: психоаналитический, поведенческий и опытный (гуманистический). Каждый из них характеризуется собственной концепцией здоровья и болезни, терапевтическими целями, плоскостью вмешательства и соответствующими приемами и средствами.

3. Психологическая коррекция
Психологическая коррекция представляет собой направленное психологическое воздействие для полноценного развития и функционирования индивида. Задачей психологической коррекции является выработка и овладение навыками оптимальной для индивида и эффективной для сохранения здоровья психической деятельности, способствующей личностному росту и адаптации человека в обществе (Менделевич В. Д., 1998).
Термин «психологическая коррекция» получил распространение в начале 70-х годов ХХ века. В этот период психологи стали активно работать в области психотерапии, прежде всего, групповой. Длительные дискуссии о том, может ли психолог заниматься лечебной (психотерапевтической) работой, носили, преимущественно, теоретический характер. На практике психологи не только хотели, могли и успешно реализовывали эту возможность, но и были в то время за счет базового психологического образования более подготовлены к такого рода деятельности, во всяком случае, к работе в качестве групповых психотерапевтов. Но поскольку психотерапия является лечебной практикой, а ею по закону может заниматься только врач, имеющий высшее медицинское образование, то распространение термина «психологическая коррекция» в определенной мере было направлено на преодоление этой ситуации: врач занимается психотерапией, а психолог – психологической коррекцией. Однако вопрос о соотношении понятия «психотерапия» и «психологическая коррекция» остается открытым и сегодня. Существуют две основные точки зрения на эту проблему.
По одной из них признается полная идентичность понятий «психологическая коррекция» и «психотерапия». Однако при этом не учитывается, что психологическая коррекция, как направленное психологическое воздействие, реализуется не только в медицине (можно указать две основные области ее применения: психопрофилактика и собственно лечение – психотерапия), но и в других сферах человеческой практики, например, в педагогике. Даже обычное, обыденное человеческое общение может содержать в большей или меньшей степени целенаправленно используемую психологическую коррекцию.
Другая точка зрения основана на том, что психологическая коррекция преимущественно призвана решать задачи психопрофилактики на всех ее этапах, в том числе при осуществлении вторичной и третичной профилактики.
Однако такое жесткое ограничение сферы применения в медицине психологической коррекции представляется в определенной степени искусственным. Во-первых, если подобные представления кажутся вполне убедительными в отношении соматических заболеваний, то в области неврозов, например, полностью развести понятия «психологическая коррекция» и «психотерапия», «лечение» и «профилактика» не удается. Ведь невроз – заболевание динамическое, при котором не всегда можно отделить состояние предболезни от собственно болезни, а сам процесс лечения в значительной степени включает в себя и вторичную профилактику.
Во-вторых, в настоящее время в системе восстановительного лечения различных заболеваний все шире реализуется комплексный подход, учитывающий наличие в этиопатогенезе биологического, психологического и социального факторов, каждый из которых нуждается в соответствующих его природе лечебных или корригирующих воздействиях. Если психологический фактор при том или ином заболевании выступает как один из этиологических, то его коррекция в значительной степени совпадает с содержанием психотерапии (одного из компонентов лечебного процесса). Определить общую схему соотношения психологической коррекции и психотерапии вне конкретной нозологии практически невозможно. Значение психологического фактора в этиопатогенезе того или иного заболевания определяет направленность психологической коррекции на решение собственно лечебных (психотерапевтических) задач и позволяет рассматривать методы психологической коррекции как методы психотерапии. Таким образом, задачи психологической коррекции могут существенно варьировать от направленности на вторичную и третичную профилактику основного заболевания и первичную профилактику возникающих последствий вторичных невротических расстройств при соматической патологии до практически полной идентичности задачам психотерапии при неврозах.
Об обоснованности использования понятия «психологическая коррекция» наряду с понятием «психологическое вмешательство» ответить однозначно довольно трудно. Их сопоставление обнаруживает очевидное сходство. Психологическая коррекция, так же как и психологическое вмешательство, понимается как целенаправленное психологическое воздействие. Они реализуются в различных областях человеческой практики и осуществляются психологическими средствами. Психологическая коррекция в медицине может быть направлена на решение задач профилактики, лечения (психотерапия) и реабилитации. Психологические вмешательства в медицине (клинико-психологические вмешательства) также выполняют функции профилактики, лечения и реабилитации. И психологическая коррекция, и психологическое вмешательство, используемые с целью лечения, выполняют психотерапевтическую функцию. Очевидно, что по существу эти понятия совпадают. Возможно, наиболее точным и адекватным был бы термин «психологическое вмешательство с целью психологической коррекции», однако это слишком громоздко. В отечественной литературе более распространенным является термин «психологическая коррекция», а в зарубежной – «психологическое вмешательство».

4. Психологическое консультирование
Профессиональное психологическое консультирование зародилось в 40–50-е годы ХХ века, преимущественно благодаря специфическому социальному запросу, обусловленному психологическим просвещением психотерапевтами, главным образом, психодинамических направлений, и с опорой на опыт психотерапевтической практики (преимущественно клиент-центрированной психотерапии Роджерса). В последние годы, по мнению Карвасарского, наблюдается стирание границ между психологическим консультированием и психотерапией. В то же время эти две области практики помогающих профессий сохраняют относительную независимость и специфичность. Так, по мнению Р. Кочюнаса, область консультирования охватывает преимущественно ситуационные проблемы, решаемые на уровне сознания и возникающие у клинически здоровых индивидов, в то время как область психотерапии включает в себя, прежде всего, глубокий анализ проблем с ориентацией на бессознательные процессы, структурную перестройку всей личности человека. Психолог, осуществляя экспертный анализ и оценку проблемы клиента, строит на их основе рекомендации, советы, указания, адресованные консультируемому. В ряде случаев он использует специально подобранные или разработанные им самим тренинговые и коррекционные программы. Психологическое консультирование применяется в самых разных областях деятельности: в бизнесе, образовании, социальной работе, при подборе кадров, в работе разного рода психологических служб.
Психологическое консультирование – прикладная отрасль современной психологии. В системе психологической науки ее задачей является разработка теоретических основ и прикладных программ оказания психологической помощи психически и соматически здоровым людям в ситуациях, когда они сталкиваются со своими психологическими проблемами. Разрабатываются эти теоретические основы и программы, с одной стороны, на основе анализа современного состояния психологического знания, достижений в областях эмпирических и теоретических исследований. С другой стороны, источником теоретических основ и программ является анализ практических наработок специалистов, систематически оказывающих психологическое (психокоррекционное, психотерапевтическое) воздействие в рамках самых различных форм оказания психологической помощи (Елизаров А.Н.,1996).
Под психологическим консультированием понимается профессиональная психологическая помощь пациенту в поиске решения проблемной ситуации. В качестве пациентов могут выступать здоровые или больные люди, страдающие самыми разнообразными как соматическими, так и нервно-психическими заболеваниями. Эти лица становятся пациентами для консультанта, если они предъявляют проблемы экзистенциального кризиса, межличностных конфликтов, семейных затруднений или профессионального выбора. В любом случае, как отмечает Карвасарский (1998), пациент воспринимается консультантом как дееспособный субъект, ответственный за решение своей проблемы. В этом и заключается основное отличие психологического консультирования от психотерапии.
Психологическим консультированием, по мнению другого автора, называется особая область практической психологии, связанная с оказанием со стороны специалиста-психолога непосредственной психологической помощи нуждающимся в ней людям в виде советов и рекомендаций (Немов Р. С., 1999). Психологическое консультирование – сложившаяся практика оказания действенной психологической помощи людям, основанная на убежденности в том, что каждый физически и психически здоровый человек в состоянии справиться почти со всеми возникающими в его жизни психологическими проблемами. Клиент, однако, далеко не всегда определенно и точно знает, в чем состоит суть его проблемы и как ее лучше всего решать, опираясь на собственные силы, возможности и жизненный опыт. В этом ему должен оказать помощь профессионально подготовленный психолог-консультант. Это и есть основная задача психологического консультирования, считает Немов.
Психологическое консультирование, как отмечает большинство современных авторов, включает в себя диагностику и коррекцию.
Значимость психологической диагностики и психологической коррекции как двух основных составляющих психологического консультировании отмечается, в частности, в определении Менделевича. Под психологическим консультированием, по его мнению, подразумевается анализ психического состояния клиента или пациента с использованием различных методов психологической диагностики (интервьюирования, экспериментально-психологического исследования) с предоставлением ему объективных данных и научных интерпретаций их результатов, которые должны способствовать разрешению стоящих перед человеком психологических проблем, формированию новых представлений о различных подходах к их решению, вариантах их предотвращения и методах психологической защиты и компенсации, а также повышению его психологической культуры и личностному росту (Менделевич В. Д., 1998). Таким образом, считает автор, консультирование охватывает, во-первых, диагностический процесс и способствует выявлению нормального или аномального развития человека, наличия или отсутствия психопатологической симптоматики; во-вторых, процесс информирования индивида о структуре его психической деятельности и индивидуально-психологических особенностях, благоприятных и потенциально патогенных жизненных ситуациях; в-третьих, процесс обучения навыкам психологической защиты, аутотренинга и иных способов нормализации собственного эмоционального состояния (Менделевич В. Д., 1998).
В качестве пациентов могут выступать здоровые люди, предъявляющие проблемы экзистенциального кризиса, межличностных конфликтов, семейных затруднений или профессионального выбора. От так называемой «дружеской беседы» психологическое консультирование в этом случае отличается нейтральной позицией консультанта. Широкий круг проблем, которые невозможно охарактеризовать клиническими терминами и нельзя решать в рамках традиционной психиатрии, проблем, связанных с трудностями формирования, развития и приспособления личности, дисгармонией межличностных взаимоотношений, социальными девиациями, возрастными кризисами, составляет в этой связи предмет психологического консультирования, выделившегося из клинической психологии и психотерапии.
Существующее многообразие определений психологического консультирования содержит все же пять основных положений, позволяющих очертить предмет этой дисциплины.
Консультирование помогает человеку выбирать и действовать по собственному усмотрению, обучаться новому поведению, способствует развитию личности.
В консультировании акцентируется ответственность клиента, т. е. признается, что независимый, ответственный индивид способен в соответствующих обстоятельствах принимать самостоятельные решения, а консультант создает условия, которые поощряют волевое поведение клиента.
Основой консультирования является «консультативное взаимодействие» между клиентом и консультантом, базирующееся на философии «клиент-центрированной» терапии. Главных принципов этой философии три: каждая личность обладает безусловной ценностью и заслуживает уважения как таковая; каждая личность в состоянии быть ответственной за себя; каждая личность имеет право выбирать ценности и цели, принимать самостоятельные решения.
Таким образом, в процессе консультирования, в отличие, например, от психотерапии, консультант принимает клиента как уникального, автономного индивида, за которым признается и уважается право свободного выбора, самоопределения, право жить собственной жизнью. Любое внушение или давление мешает клиенту принять ответственность на себя и правильно, в соответствии с собственными ценностями и целями, потребностями и стремлениями, решать свои проблемы. В широком смысле, в консультировании принимается тезис о том, что эффективное сегодняшнее существование и положительное отношение есть цель психологической помощи. Отдельные теории подчеркивают значение для кардинальных целей оказания психологической помощи таких ключевых психологических терминов, как самоактуализация (Маслоу), самоэффективность (Бандура), «окейность» (Берн, Харрис).
Существует точка зрения, по которой психологическое консультирование проводится и в отношении соматических или психических больных. Хотя психологи-консультанты могут работать с лицами, имеющими какие-либо психические расстройства, предполагается, что при консультировании по личностным проблемам, проводимом с отдельными клиентами или с группами клиентов, в центре внимания находятся текущие проблемы и личностный рост, адаптация и вопросы взаимоотношений, ситуационные кризисы и кризисы развития нормально функционирующих людей. При этом имеется в виду, что при наличии какого-либо психического расстройства личность, страдающая таким расстройством, может параллельно испытывать определенные психологические трудности, иметь определенные психологические проблемы, которые могут быть связаны или не связаны с сопутствующим психическим заболеванием. Консультирование адресуется не патопсихологической или психопатологической симптоматике, а личности, которая может иметь эту симптоматику. Цель консультирования в этом случае состоит в том, чтобы помочь людям пройти через различные жизненные трудности, предупредить развитие серьезных расстройств, улучшить функционирование личности, повысить удовлетворенность жизнью.
При этом психологическое воздействие, не затрагивая непосредственно патологический процесс, направлено на изменение психологических установок, отношения к заболеванию. По мнению А. Н. Елизарова, спецификой психологического консультирования является акцент на диалогичность, на циркуляцию информации, на информационный обмен между психологом-консультантом и теми людьми, в интересах которых применяется психологическое консультирование. Автор полагает, что термин «психологическое консультирование» более применим к ситуациям диалога, откровенного обсуждения, субъект-субъектного общения. А термин «психологическая коррекция» более подходит к ситуациям спланированного воздействия, когда специалист, оказывающий воздействие, не полностью открыт клиенту, их общение не носит характер откровенного диалога, отношения имеют оттенок субъект-объектности. Елизаров считает также, что психологическое консультирование в большей степени ориентированно на урегулирование отношений клиента с другими людьми, а психокоррекция – на решение внутренних проблем клиента.
Основные отличия психологического консультирования от психокоррекции и психотерапии, отражающие сущность указанного метода оказания психологической помощи, заключаются в следующем:
• Более широкая сфера применения по сравнению с клинической практикой, преимущественная обращенность к проблемам психически здоровых людей. Психологическое консультирование, в частности, стало широко использоваться в образовании, менеджменте и промышленности, для решения индивидуальных и семейных проблем.
• Ориентация на более широкое использование данных, полученных в эмпирических исследованиях, организованных по экспериментальному плану, с использованием для анализа результатов методов математической статистики.
• Работа преимущественно с ситуационными проблемами, решаемыми на уровне сознания, в отличие от ориентации на глубинный анализ проблем и работу с бессознательным в психотерапии.
• Большая субъект-субъектность, диалогичность общения психолога-консультанта и клиента. Подразумевается, что клиент – здоровый человек, которому можно делегировать больше ответственности за свою жизнь.
• Ориентация на здоровые стороны личности клиента, отказ от концепции болезни в процессе работы с ним, признание прав клиента на большую вариативность поведенческих реакций и психических состояний как здоровых, а не болезненных явлений.
• Ориентация на большую активность и самостоятельность клиента в процессе работы с ним, пробуждение внутренних ресурсов человека.
• Допустимость в психологическом консультировании более широкого спектра разнообразных профессиональных моделей деятельности психолога-консультанта, чем в психотерапии (Елизаров А. Н.,1996).
Таким образом, в самом общем виде можно выделить следующие специфические черты психологического консультирования, отличающие его от психотерапии. Консультирование ориентировано преимущественно на клинически здоровую личность. В качестве консультируемых выступают лица, имеющие в повседневной жизни психологические трудности и проблемы, жалобы невротического характера, а также лица, чувствующие себя хорошо, однако, ставящие перед собой цель дальнейшего развития личности. Консультирование ориентировано на здоровые стороны личности независимо от степени нарушения; эта ориентация основана на убеждении в том, что человек может изменяться, выбирать удовлетворяющую его жизнь, находить способы использования своих задатков, даже если они невелики из-за неадекватных установок и чувств, замедленного созревания, культурной депривации, недостатка финансов, болезни, инвалидности, преклонного возраста. Консультирование чаще ориентируется на настоящее и будущее клиентов, чем на их прошлое. Консультирование обычно ориентируется на краткосрочную помощь и на проблемы, возникающие во взаимоотношениях личности и среды. В консультировании акцентируется ценностное участие консультанта, хотя и отклоняется навязывание клиентам его ценностей. И наконец, консультирование направлено на изменение поведения и развитие личности клиента.
Процедурные отличия психологического консультирования от психотерапии заключаются в следующем:
• Отличия, связанные с характером жалобы клиента. В психологическом консультировании клиент жалуется на трудности в межличностных отношениях или осуществлении какой-либо деятельности. В психотерапии клиент жалуется на невозможность контролировать себя.
• Отличия, связанные с процессом диагностики. В психологическом консультировании диагностика преимущественно направлена на события настоящего и недалекого прошлого, особое внимание уделяется конкретному поведению, межличностным отношениям. В значительной части психотерапевтических подходов диагностика преимущественно направлена на события далекого детства и юности (вероятное время получения психологической травмы). Существенное внимание уделяется анализу бессознательного – исследуются сны, ассоциации.
• Отличия, связанные с процессом оказания воздействия. Основой психологического консультирования является, в первую очередь, изменение установок клиента на других людей и на различные формы взаимоотношений с ними. Следующим этапом работы является изменение поведения клиента. В большей части психотерапевтических подходов существенное внимание уделяется взаимоотношениям между клиентом и психотерапевтом, анализ которых в терминах переноса и контрпереноса является одним из важнейших средств углубления и расширения возможностей воздействия. В консультировании же это может выступать даже как нежелательное побочное явление, затрудняющее работу. Под переносом здесь понимается склонность клиента переносить (проецировать) на специалиста, оказывающего воздействие, свои отношения со значимыми людьми, основные проблемы и конфликты. Под контрпереносом понимается склонность специалиста, оказывающего воздействие, проецировать свои отношения со значимыми людьми, основные внутренние проблемы и конфликты на отношения с клиентом.
• Отличия, связанные со сроками работы. Психологическое консультирование чаще всего является краткосрочным и редко превышает 5–6 встреч с клиентом. Психотерапия зачастую ориентирована на десятки, а то и сотни встреч в течение ряда лет.
• Отличия, связанные с типом клиентов. Клиентом в психологическом консультировании может быть практически любой человек. Большинство направлений психотерапии ориентировано на невротиков с высоким уровнем развития склонности к самонаблюдению и самоанализу, способных оплачивать часто дорогой и длительный курс лечения, обладающих для этого мотивацией и достаточным количеством времени.
• Отличия в требованиях к уровню подготовки специалиста, оказывающего воздействие. Психологу-консультанту необходим психологический диплом (удостоверяет его знание достижений научной психологии) и некоторая дополнительная специальная подготовка в области теории и практики психологического консультирования, которая может быть не особенно длительной. Практическая подготовка будущего психолога-консультанта подразумевает наблюдение за работой опытного психолога-консультанта (лучше нескольких) и самостоятельный опыт работы под наблюдением опытного психолога-консультанта с последующим анализом деятельности. Психотерапевт не столь привязан к психологическому диплому (многие психотерапевты вырастали из медицинской среды или из сфер, гораздо более далеких от психологии). Ему необходимо получить документ, удостоверяющий его право работать в рамках того направления психотерапии, которое он избрал. В отличие от психолога-консультанта психотерапевту в большинстве направлений необходим длительный собственный опыт психотерапии (для того, чтобы понять, что ощущает клиент во время работы с ним, разбираться в особенностях своего контрпереноса) и длительный период самостоятельной работы под наблюдением опытного руководителя (Алешина Ю. Е., 1994).

5. Интеграция в консультировании и психотерапии
Одновременно с разветвлением и дифференциацией различных психологических теорий и методик психологического воздействия начинает активизироваться и противоположный процесс – движение к интеграции в консультировании и психотерапии, к синтезу психологического знания. По мнению Дж. Тодд и А. К. Богарта (2001), теоретически существуют три основных подхода к интеграции.
Первый – принцип общих факторов – заключается в поиске общих черт, имеющихся практически во всех психотерапевтических подходах. В соответствии с этим принципом могут быть выделены общие психологические факторы, определяющие успешность воздействия в рамках самых разных направлений психотерапии, психологической коррекции, психологического консультирования. Так, предполагается, что все виды терапии внушают клиенту надежду, сообщают ему информацию, формируют у него навыки эффективного общения, а все хорошие психотерапевты обладают теплотой и эмпатией.
В. А. Ташлыков, например, упоминает общие неспецифические факторы психотерапии, выделению которых способствовали: поиск общих базовых процессов для всех направлений психотерапии; растущее признание того, что различные методы могут иметь больше сходства, чем различий; констатация примерно равной эффективности лечения в отдаленном периоде независимо от форм психотерапии; акцент на существенную роль взаимоотношений психотерапевт-клиент при любых методах психотерапии.
Известно, что наибольший вклад в результаты психотерапии вносится фактором личностных качеств пациента (в частности, мотивация к изменению), на втором месте находятся личностные параметры психотерапевта и лишь на третьем – использование определенных психотерапевтических методов.
В психоанализе наиболее эффективными факторами воздействия являются инсайт относительно эмоционального интрапсихического конфликта, превращающий бессознательное в осознаваемое, коррективный эмоциональный опыт, приобретаемый в результате переработки переносных/контр-переносных отношений, выявление их происхождения в раннем детском периоде жизни пациента. При этом некоторые авторы-психоаналитики все же считают, что основными лечебными факторами в психоанализе являются: безусловное положительное принятие и уважение больного как уникальной личности, а также искусное движение контроля или манипулирования в отношении пациента, под влиянием которого он может успешнее избавиться от своих прежних патологических стереотипов, или непрямое предложение альтернативных, новых способов переживания и поведения.
В гуманистической модели решающим фактором действенности психотерапии может быть признана эмпатическая коммуникация психотерапевт-пациент. В данной модели эмпатическая реакция психотерапевта в соответствующий момент переработки материала является основным лечебным средством. Существенным при этом является создание условий для развития процесса позитивных изменений личности пациента. Наиболее типичным выражением этих условий является триада Роджерса (безусловное принятие пациента; эмпатия; конгруэнтность переживаний и поведения психотерапевта). Психотерапевт в этом случае считает, что если создать соответствующие благоприятные условия, то пациент естественным образом сам будет изменяться, развиваться как личность в нужном направлении, что повлечет за собой и редукцию невротической симптоматики.
Понятие эмпатии, основное и характерное для психотерапии гуманистической ориентации, получило признание и в психоаналитической психотерапии, где длительное время сохранялось представление о необходимости сохранения позиции эмоционального нейтралитета, личной анонимности аналитика, а также в поведенческой психотерапии, признавшей факт важности эмоциональной взаимосвязи психотерапевта и пациента.
Психотерапевт любого направления в той или иной мере использует некоторые общие феномены психотерапевтического процесса при взаимоотношениях с пациентом. В начале терапии, по мнению Ташлыкова, обычно проявляется действие плацебо-эффекта, связанного с ожиданием больным пользы от лечения, надеждой на понимание и желание психотерапевта ему помочь, удовлетворением эмоциональных потребностей в контакте.
Создавая атмосферу безопасности и эмоциональной поддержки в общении с пациентом, психотерапевт стимулирует появление у него личностного механизма идентификации, способствующего снижению неуверенности, повышению самооценки посредством неосознаваемого процесса заимствования от психотерапевта сил, оптимизма и способности к совладанию с трудностями.
Психотерапевт, независимо от его теоретической ориентации, обычно просвещает пациента относительно сути болезни, психотерапии и его участия в ней, понимания себя и других, новых подходов к решению проблем, а также более конструктивного образа жизни, более широкой и гибкой философии жизни, что является общим неспецифическим фактором психотерапии.
Независимо от формы психотерапии используются лечебные воздействия, направленные на изменения в познавательной сфере личности пациента – убеждение, внушение, конфронтация, прояснение (кларификация) и интерпретация малоосознаваемого содержания переживаний; в эмоциональной сфере – катарсис, эмоциональная поддержка, эмпатия; в поведенческой сфере – коррективный эмоциональный опыт.
В рамках интегративного движения все большее число исследователей и практиков психотерапии обосновывает целесообразность объединения прежде теоретически мало совместимых принципов «там и тогда» и «здесь и теперь». Первый из них является фактором психодинамической терапии, акцентирующим ценность анализа прошлой жизненной истории пациента, возвращения к первичным ситуациям и переживаниям, положившим начало формированию нарушений. Принцип «здесь и теперь» гештальт-терапии определяет сосредоточение внимания на настоящем моменте, актуальных особенностях восприятия, переживания и поведения пациента. При этом переработка прошлого материала жизненной истории больного происходит также в условиях контролируемого актуального его переживания. Глубина и конструктивность осознания пациентом психологических причин и механизмов имеющихся расстройств может успешнее осуществляться при оптимальном сочетании в психотерапевтической работе принципов «там и тогда» (преимущественно когнитивное понимание) и «здесь и теперь» (эмоциональный аспект осознания).
Общим фактором различных направлений психотерапии, психологической коррекции, психологического консультирования, прежде всего, таких противостоящих в прошлом друг другу, как психодинамическое и поведенческое, становится принцип учета в психологической работе внутренней (интрапсихические механизмы) и внешней (психо-социальные факторы) детерминации функционирования личности. В этом случае, в зависимости от характера терапевтической ситуации и лечебных задач, психотерапевт имеет возможность смещать акценты в переработке внутриличностных или межличностных факторов. Общими факторами для различных направлений психотерапии являются также современная ориентация на групповые методы работы, интенсификацию и краткосрочность, учет единства тела и психики, что неизбежно способствует развитию интегративных подходов.
При проведении любой личностно-ориентированной психотерапии, по мнению Ташлыкова, выявляется определенная последовательность, этапность психотерапевтического процесса:
• установление оптимального контакта, вовлечение пациента в сотрудничество, повышение мотивации к психотерапии;
• прояснение (понимание психотерапевтом и осознание пациентом) причин и механизмов патологических стереотипов переживания и поведения и, тем самым, определение психотерапевтических «мишеней»;
• достижение изменений функционирования личности пациента в когнитивной, эмоциональной и поведенческой сферах с последующей редукцией симптоматики; реконструкция системы отношений личности происходит с последовательной заменой дезадаптивных стереотипов на новые, более конструктивные способы переживания и поведения, их принятие и закрепление;
• окончание курса психотерапии (успешное преодоление проблемы возможной зависимости от психотерапевта).
При анализе эффективности разных форм групповой психотерапии, по мнению автора, можно выделить ряд общих лечебных факторов, объединяемых в соответствующие классы. Познавательный класс факторов включает самопознание (новые знания о себе с помощью обратной связи и интерпретаций), научение на опыте других (приобретение чего-то ценного для себя посредством наблюдения за другими членами группы и психотерапевтом), руководство (получение информации или советов от других), универсальность (видение сходства проблем и чувств). К классу эмоциональных факторов относятся принятие (чувство безусловного положительного принятия группой), катарсис (эмоциональное отреагирование по поводу жизненных событий или относительно других членов группы), внушение надежды (вера в эффективность групповой психотерапии, видение перспектив выздоровления). Факторы поведенческого класса составляют самораскрытие (раскрытие личной информации перед группой), научение в процессе межличностных действий (усилия пациента по установлению конструктивных и адаптивных взаимоотношений), альтруизм (познание пациентом своей ценности через оказание помощи другим членам группы).
Второй подход к интеграции психотерапии – методический эклектизм – включает в себя прагматический отбор из всех направлений, примером чего может служить «мультимодальная терапия» А. Лазаруса. Лазарус предпринял попытку разработать систематическую, пусть и не основанную на теории, эклектическую психотерапию (Лазарус А., 1967). Вначале он предложил для обращения термин «технический эклектизм» для обозначения «процедур, заимствованных из различных источников, без необходимости придерживаться породивших их теорий». Лазарус начинал свою деятельность как поведенческий психотерапевт и в течение нескольких лет работал под руководством Дж. Вольпе. Он отказался от поведенческой терапии и стал ее критиком, когда в процессе проспективного наблюдения за своими пациентами обнаружил, что у многих из них достигнутые улучшения оказались нестойкими. Однако Лазарус не стал полностью отказываться от всех поведенческих техник. Одновременно с ними он стал применять некоторые техники когнитивной терапии. Вначале этот подход назывался мультимодальной поведенческой терапией, но позднее слово «поведенческой» было исключено. Мультимодальная терапия Лазаруса использует в своей практике множество техник, включая создание мысленных образов и фантазирование, гештальт-упражнения и клиент-центрированную рефлексию. Лазарус создал акроним BASIC I.D. для обозначения многомерности своего подхода: поведение, аффект, ощущения, воображение, познание, межличностные отношения, биологическое функционирование или лекарства. Оценивание пациента проводилось по всем этим направлениям, затем с каждым из направлений в порядке значимости осуществлялась психологическая работа.
Третий подход – теоретическая интеграция – заключается в комбинировании теорий. Примером в данном случае является попытка Дж. Долларда и Н. Миллера (1950) преобразования психоанализа в рамках теории научения. Некоторые теоретики интеграции пытаются решить трудную задачу разработки новой, всеобъемлющей теории, которая смогла бы объединить и заменить собой все другие психотерапевтические теории (Тодд Дж., Богарт А. К., 2001).
По нашему мнению, возможен и четвертый вариант: интеграция может быть осуществлена на основе сходства методологических принципов , лежащих в основе самых разных психотерапевтических технологий.
Методологической основой проведения экспериментально-психологических исследований в консультировании могут служить методологические принципы, которые относятся к наиболее фундаментальным, наиболее общим принципам исследования, принципам, заимствованным психологической наукой на этапе ее превращения в самостоятельную научную дисциплину из философии. Это принцип детерминизма, принцип единства сознания и деятельности, принцип формирования сознания в деятельности, развития психического в процессе непосредственного процесса общения и деятельности, принцип моделирования, системный подход, используемый при описании сложных объектов, к числу которых, бесспорно, относится и психическая деятельность человека.
Если эти принципы принимаются в качестве фундаментальной основы для исследований, то в качестве предпосылок проведения эксперимента выступают несколько основных положений.
В поведении клиента нет ничего случайного (принцип детерминизма); все то, что мы можем наблюдать в особенностях поведения, как вербального, так и невербального (в мимике, позе, походке, жестах, манере сидеть, манере стоять), в особенностях общения и деятельности – все отражает некоторые глубинные психологические структуры, подлежащие исследованию. Напротив, весь внутренний психологический мир клиента – его переживания, страхи, страсти, комплексы, страдания, индивидуальные способы реагирования на стресс, методы психологической защиты, характеристики совладающего поведения, – все это в той или иной степени проявляется во внешнем поведении.
Существует некоторая вероятностная связь между тем, что клиент делает (особенности поведения, общения, деятельности) и теми глубинными психическими структурами, которые детерминируют характеристики внешних проявлений (принцип единства сознания и деятельности). Выявляя характерные паттерны деятельности, мы обнаруживаем более или менее устойчивые и более или менее длительные психологические структуры, входящие в личность на правах психического состояния или психической черты. Наличие этой вероятностной связи зафиксировано, в частности, в тех определениях исследуемых психологических феноменов, которые мы находим в словарях, учебниках, энциклопедиях. Так, тревожность как свойство личности, как относительно устойчивая, относительно неизменная в течение всей жизни личностная черта, определяется традиционно как склонность к возникновению эмоции тревоги (через эмоциональную реакцию, эмоциональное состояние). Агрессивность как свойство личности определяется как склонность к агрессивному поведению, как навык нападения, как склонность к применению силы в межличностных отношениях (через поведение). Свойства личности и формируются, и проявляются в деятельности, в социальном функционировании человека.
Интерпретация результатов исследования клиента в процессе наблюдения за ним, в процессе общения с ним является, по сути дела, построением модели его психики. Мы не просто перечисляем полученные в результате исследования данные, но устанавливаем между ними определенные взаимосвязи, выявляем некоторую целостную структуру, формирующую более общий контекст, в рамках которого только и может быть понято данное психологическое качество, свойство, данная характеристика. Мы пытаемся выявить психологические механизмы возникновения того или иного свойства, основные этапы и формы его проявления. При этом по мере накопления данных конструируемая модель непрерывно корректируется в зависимости от все новых и новых выявляемых фактов; она постоянно уточняется, проверяется, углубляется.
Существует наиболее общий и фундаментальный системообразующий фактор, который придает неповторимое своеобразие всем характеристикам психической деятельности человека, всем его качествам и свойствам. Фактор, под влиянием которого целостная психическая деятельность приобретает новую модальность, новое качество. Фактор, который должен учитываться на этапах планирования, проведения, интерпретации полученных результатов, организации коррекционного взаимодействия. Этим системообразующим фактором является болезнь, если мы имеем дело с пациентом, или психологическое затруднение, если к нам за помощью обращается практически здоровый клиент. Болезнь или психологическая проблема оказывают модулирующее воздействие на все характеристики психической деятельности, на все психические феномены, выступая по отношению к ним некоторым «фоном», или «фундаментом», некоторым более общим контекстом, в рамках которого все установленные факты приобретают новое значение.
В любом случае психологическое консультирование все больше тяготеет к интеграции, к синтезу как теоретических положений, так и основанных на них практических методах психологического воздействия на клиента. В консультировании используются как теоретические принципы экзистенциально-гуманистического направления в психологии, в частности, изложенные в теории Роджерса, так и теоретические положения когнитивизма, как, например, концепции Эллиса и Бека. Применяются как практические техники поведенческого направления, разработанные, например, Вольпе, так и техники рационально-эмоциональной терапии Эллиса или когнитивной терапии Бека.
Гуманистический подход, лежащий в основе современного консультирования, означает, во-первых, изучение личности как единого целого, в отличие от анализа отдельных черт характера и поступков, чтобы помочь клиенту жить счастливой, инициативной, творческой жизнью, обеспечивающей самореализацию и самоактуализацию личности. Во-вторых, в этическом плане гуманистический подход означает установление своеобразного кодекса правил, по которым следует жить, отличающихся преимущественным интересом к делам и проблемам человека, нежели к неживой природе или к низшим животным. Это также признание того, что человек есть всего лишь человек, то есть его знания ограничены, ему свойственно ошибаться; он ни в коем случае не недочеловек, но и не сверхчеловек.
В консультировании используются поведенческие методы психотерапии, в частности, для тренировки так называемого ассертивного или самоутверждающего поведения. Основными целями такого тренинга являются часто научение спонтанному выражению возникающих эмоций, воздержанию от неискреннего согласия с окружающими, принятию похвалы окружающих, умению отказывать в просьбе или требовании, умению выражать свои желания и намерения, умению активно вступать в разговор и заканчивать его по своему желанию. В ряде программ ассертивного тренинга предлагается освоение ступенчато возрастающих по своей сложности стереотипов социального поведения: на ранних этапах обучения – с полностью расписанными ролями, на последующих – с неизвестным исходом коммуникации, что предполагает максимальное включение освоенных ранее навыков. В результате происходит формирование желательного поведения с помощью положительного подкрепления или его отнятия при появлении нежелательных форм поведения. Важным элементом при этом являются так называемые домашние задания, предоставляющие возможность использования полученных навыков в реальной жизненной среде.
В консультировании используются также приемы и техники когнитивной терапии Бека, основной заслугой которого является привлечение внимания к тому, что когнитивные нарушения определяются не дефицитом отдельных разрозненных когнитивных функций, а содержанием их устойчивого взаимовлияния друг на друга. В ответ на действие социальных стрессоров формируются индивидуально-типические когнитивные реакции на них – мысли, – которые при повторных действиях стрессоров автоматизируются, ложась в основу устойчивых когнитивных структур – дисфункциональных схем, искажающих такие существенные функции, как самооценка, социальная перцепция и др. и отрицательно воздействующих на эмоциональное реагирование (Вид В. Д., 1993). В рамках когнитивной модели клиент обучается навыку своевременного распознавания действия стрессоров, индикатором которого служит возникающая негативная эмоция. В дневнике дисфункциональных мыслей клиенту предлагается фиксировать автоматическую мысль, предшествовавшую возникшей эмоции. Дальнейшим этапом является анализ содержания автоматических мыслей в их соотнесении с ситуацией действительности, цель которого – выявить типичные когнитивные ошибки, искажающие восприятие реальности или ее оценку, и дать рациональный нормативный ответ. Восстановление объективного видения действительности, как правило, сопровождается положительными изменениями эмоционального состояния, что предлагается фиксировать клиенту в так называемом графике субъективного дискомфорта. Дискомфорт измеряется в условных единицах от 0 до 100 и фиксируется графически для каждого эпизода в трех точках: до действия стрессора, на максимуме выраженности негативной эмоции вследствие действия стрессора и после нахождения рационального ответа. Такой график позволяет клиенту увидеть, что дискомфорт имеет связь с социальными стрессорами и очерчен во времени, то есть доступен контролю извне. Освоение клиентом навыка идентификации стрессора, генерируемых им автоматических мыслей и заключенных в них когнитивных ошибках рассматривается как существенный успех в формировании более адекватной картины мира, позволяющей клиенту адаптироваться к актуальной жизненной ситуации.
В наименьшей степени психологическое консультирование использует теорию и практику психоанализа. Как отмечают психологи когнитивного направления, психоанализ содержит в себе немало вредных для роста и развития личности методов и подходов, поскольку он, во-первых, не придает значения самоконтролю клиента за своим поведением и, во-вторых, приучает клиента возлагать всю вину за свои беды и проблемы на других, главным образом, на своих родителей (Кассинов Г., 1995). Но что еще хуже, отмечает автор, психоаналитики пытаются заставить пациентов вспомнить все свое прошлое, даже очень далекое, до мельчайших подробностей. Так, сорокалетний клиент должен вспомнить, как родители подготавливали его к жизни в обществе, когда ему было еще только пять лет. Все исследования, пишет по этому поводу Кассинов, с очевидностью говорят о том, что пациенты не помнят и не могут помнить все, что с ними было в столь раннем возрасте. Поэтому они конструируют эти события по подсказкам психотерапевта. Никакой пользы от такой информации, разумеется, нет.
В наибольшей степени современное психологическое консультирование ориентировано на принципы гуманизма, подчеркивая значение свободы личности, ее право на выбор, ее ответственность за сделанный выбор. В центре внимания находятся такие конструкты, как рост и развитие личности, ее самореализация, зрелость, креативность. В процессе консультирования обеспечиваются условия для актуализации и активизации личностных резервов и ресурсов. Самоактуализация и самореализация наиболее полно проявляются в консультировании при условиях подлинности, эмпатичности, искренности консультанта, следующего в своей позиции философии экзистенциализма и гуманизма. При этом акцентируются интеллектуальные, когнитивные конструкты клиента, рассматриваются его убеждения, взгляды, установки, которые проверяются и корректируются объективной логикой событий.

Берегите себя и своих близких!
Искренне Ваш Евгений Седов
www.easedov.ru



Комментариев нет:

Отправка комментария